По щучьему велению

Жил-был старик. У него было три сына: двое умных, третий – дурачок Емеля. Те братья работают, а Емеля целый день лежит на печке, знать ничего не хочет.

Один раз братья уехали на базар, а бабы, невестки, давай посылать его: — Сходи, Емеля, за водой. А он им с печки: — Неохота… — Сходи, Емеля, а то братья с базара воротятся, гостинцев тебе не привезут. — Ну, ладно. Слез Емеля с печки, обулся, оделся, взял ведра да топор и пошел на речку. Прорубил лед, зачерпнул ведра и поставил их, а сам глядит в прорубь. И увидел Емеля в проруби щуку.

Изловчился и ухватил щуку в руку: — Вот уха будет сладка! Вдруг щука говорит ему человечьим голосом: — Емеля, отпусти меня в воду, я тебе пригожусь. А Емеля смеется: — На что ты мне пригодишься? Нет, понесу тебя домой, велю невесткам уху сварить. Будет уха сладка. Щука взмолилась опять: — Емеля, Емеля, отпусти меня в воду, я тебе сделаю все, что ни пожелаешь. — Ладно, только покажи сначала, что не обманываешь меня, тогда отпущу. Щука его спрашивает: — Емеля, Емеля, скажи – чего ты сейчас хочешь? — Хочу, чтобы ведра сами пошли домой и вода бы не расплескалась… Щука ему говорит: — Запомни мои слова: когда что тебе захочется – скажи только: По щучьему веленью, По моему хотенью. Емеля и говорит: — По щучьему веленью, По моему хотенью - ступайте, ведра, сами домой…

Только сказал – ведра сами и пошли в гору. Емеля пустил щуку в прорубь, а сам пошел за ведрами.

Идут ведра по деревне, народ дивится, а Емеля идет сзади, посмеивается… Зашли ведра в избу и сами стали на лавку, а Емеля полез на печь. Прошло много ли, мало ли времени – невестки говорят ему: — Емеля, что ты лежишь? Пошел бы дров нарубил. — Неохота… — Не нарубишь дров, братья с базара воротятся, гостинцев тебе не привезут. Емеле неохота слезать с печи. Вспомнил он про щуку и потихоньку говорит: — По щучьему веленью, По моему хотенью - поди, топор, наколи дров, а дрова – сами в избу ступайте и в печь кладитесь… Топор выскочил из-под лавки – и на двор, и давай дрова колоть, а дрова сами в избу идут и в печь лезут. Много ли, мало ли времени прошло – невестки опять говорят: — Емеля, дров у нас больше нет. Съезди в лес, наруби. А он им с печки: — Да вы-то на что? — Как мы на что?.. Разве наше дело в лес за дровами ездить? — Мне неохота… — Ну, не будет тебе подарков. Делать нечего. Слез Емеля с печи, обулся, оделся. Взял веревку и топор, вышел на двор и сел в сани: — Бабы, отворяйте ворота! Невестки ему говорят: — Что ж ты, дурень, сел в сани, а лошадь не запряг? — Не надо мне лошади. Невестки отворили ворота, а Емеля говорит потихоньку: — По щучьему веленью, По моему хотенью - ступайте, сани, в лес…

Сани сами поехали в ворота, да так быстро – на лошади не догнать. А в лес-то пришлось ехать через город, и тут он много народу помял, подавил. Народ кричит «Держи его! Лови его!» А он знай сани погоняет.

Приехал в лес: — По щучьему веленью, По моему хотенью - топор, наруби дровишек посуше, а вы, дровишки, сами валитесь в сани, сами вяжитесь… Топор начал рубить, колоть сухие дерева, а дровишки сами в сани валятся и веревкой вяжутся. Потом Емеля велел топору вырубить себе дубинку – такую, чтобы насилу поднять. Сел на воз: — По щучьему веленью, По моему хотенью - поезжайте, сани, домой… Сани помчались домой. Опять проезжает Емеля по тому городу, где давеча помял, подавил много народу, а там его уж дожидаются. Ухватили Емелю и тащат с возу, ругают и бьют. Видит он, что плохо дело, и потихоньку: — По щучьему веленью, По моему хотенью - ну-ка, дубинка, обломай им бока… Дубинка выскочила – и давай колотить. Народ кинулся прочь, а Емеля приехал домой и залез на печь. Долго ли, коротко ли – услышал царь об Емелиных проделках и посылает за ним офицера: его найти и привезти во дворец. Приезжает офицер в ту деревню, входит в ту избу, где Емеля живет, и спрашивает: — Ты – дурак Емеля? А он с печки: — А тебе на что? — Одевайся скорее, я повезу тебя к царю. — А мне неохота… Рассердился офицер и ударил его по щеке. А Емеля говорит потихоньку: — По щучьему веленью, По моему хотенью - дубинка, обломай ему бока…

Дубинка выскочила – и давай колотить офицера, насилу он ноги унес. Царь удивился, что его офицер не мог справиться с Емелей, и посылает своего самого набольшего вельможу: — Привези ко мне во дворец дурака Емелю, а то голову с плеч сниму. Накупил набольший вельможа изюму, черносливу, пряников, приехал в ту деревню, вошел в ту избу и стал спрашивать у невесток, что любит Емеля. — Наш Емеля любит, когда его ласково попросят да красный кафтан посулят, – тогда он все сделает, что ни попросишь. Набольший вельможа дал Емеле изюму, черносливу, пряников и говорит: — Емеля, Емеля, что ты лежишь на печи? Поедем к царю. — Мне и тут тепло… — Емеля, Емеля, у царя будут хорошо кормить-поить, – пожалуйста, поедем. — А мне неохота… — Емеля, Емеля, царь тебе красный кафтан подарит, шапку и сапоги.

Емеля подумал-подумал: — Ну ладно, ступай ты вперед, а я за тобой вслед буду. Уехал вельможа, а Емеля полежал еще и говорит: — По щучьему веленью, По моему хотенью - ну-ка, печь, поезжай к царю… Тут в избе углы затрещали, крыша зашаталась, стена вылетела, и печь сама пошла по улице, по дороге, прямо к царю.

Царь глядит в окно, дивится: — Это что за чудо? Набольший вельможа ему отвечает: — А это Емеля на печи к тебе едет. Вышел царь на крыльцо: — Что-то, Емеля, на тебя много жалоб! Ты много народу подавил. — А зачем они под сани лезли? В это время в окно на него глядела царская дочь – Марья-царевна. Емеля увидал ее в окошке и говорит потихоньку: — По щучьему веленью, По моему хотенью - пускай царская дочь меня полюбит… И сказал еще: — Ступай, печь, домой… Печь повернулась и пошла домой, зашла в избу и стала на прежнее место. Емеля опять лежит-полеживает.

А у царя во дворце крик да слезы. Марья-царевна по Емеле скучает, не может жить без него, просит отца, чтобы выдал он ее за Емелю замуж. Тут царь забедовал, затужил и говорит опять набольшему вельможе: — Ступай приведи ко мне Емелю живого или мертвого, а то голову с плеч сниму. Накупил набольший вельможа вин сладких да разных закусок, поехал в ту деревню, вошел в ту избу и начал Емелю потчевать. Емеля напился, наелся, захмелел и лег спать. А вельможа положил его в повозку и повез к царю. Царь тотчас велел прикатить большую бочку с железными обручами. В нее посадили Емелю и Марью-царевну, засмолили и бочку в море бросили. Долго ли, коротко ли – проснулся Емеля; видит – темно, тесно: — Где же это я? А ему отвечают: — Скучно и тошно, Емелюшка! Нас в бочку засмолили, бросили в синее море. — А ты кто? — Я – Марья-царевна. Емеля говорит: — По щучьему веленью, По моему хотенью - ветры буйные, выкатите бочку на сухой берег, на желтый песок… Ветры буйные подули. Море взволновалось, бочку выкинуло на сухой берег, на желтый песок. Емеля и Марья-царевна вышли из нее. — Емелюшка, где же мы будем жить? Построй какую ни на есть избушку. — А мне неохота… Тут она стала его еще пуще просить, он и говорит: — По щучьему веленью, По моему хотенью - выстройся каменный дворец с золотой крышей…

Только он сказал – появился каменный дворец с золотой крышей. Кругом – зеленый сад: цветы цветут и птицы поют. Марья-царевна с Емелей вошли во дворец, сели у окошечка. — Емелюшка, а нельзя тебе красавчиком стать? Тут Емеля недолго думал: — По щучьему веленью, По моему хотенью - стать мне добрым молодцем, писаным красавцем… И стал Емеля таким, что ни в сказке сказать, ни пером описать. А в ту пору царь ехал на охоту и видит – стоит дворец, где раньше ничего не было. — Это что за невежа без моего дозволения на моей земле дворец поставил? И послал узнать-спросить: «Кто такие?» Послы побежали, стали под окошком, спрашивают. Емеля им отвечает: — Просите царя ко мне в гости, я сам ему скажу. Царь приехал к нему в гости. Емеля его встречает, ведет во дворец, сажает за стол. Начинают они пировать. Царь ест, пьет и не надивится: — Кто же ты такой, добрый молодец? — А помнишь дурачка Емелю – как приезжал к тебе на печи, а ты велел его со своей дочерью в бочку засмолить, в море бросить? Я – тот самый Емеля. Захочу – все твое царство пожгу и разорю. Царь сильно испугался, стал прощенья просить: — Женись на моей дочери, Емелюшка, бери мое царство, только не губи меня!

Тут устроили пир на весь мир. Емеля женился на Марье-царевне и стал править царством. Тут и сказке конец, а кто слушал – молодец.